09/03/2017

С мест сообщают, что количество поисковых запросов по слову «Шурыгина» почти в два раза превысило количество запросов по слову «Путин». Совсем не хотелось комментировать эту историю, но, пожалуй, придется.

Диана Шурыгина

Диана Шурыгина

1. Версия об «изнасиловании» не выдерживает никакой критики. Не может быть изнасилования там, где девочка напивается в компании с мальчиками. Чтобы изнасиловать действительно сопротивляющуюся девочку, мальчику потребуется ее избить до полумертвого состояния. Дело не в сексизме автора данных строк, а в суровой правде жизни. К тому же изнасилованные девочки не становятся потом звездами голубых экранов, торгуя своей бедой. Настоящее изнасилование — это всегда ужасающая ТРАГЕДИЯ для жертвы. Она уходит в себя, а не продает свое горе в СМИ.

2. На Западе есть такое понятие postcoital nonconsent (посткоитальное несогласие) — формальный отзыв или опротестование женщиной пpедваpительного согласия на половой акт после его совершения. «Среди признаваемых западными судами уважительных оснований для «посткоитального несогласия» является получение пpедваpительного согласия под воздействием алкоголя, лекарств или наркотиков, психологическое пpинyждение к согласию и несоответствие полового акта ожиданиям и желаниям женщины».

Можно по всякому относиться к таким вещам, но эта ужасающая практика — один из элементов мозаики, посредством которого мир постмодерна уничтожает традиционную систему межполовых отношений (кстати, именно таким образом основателю Викиликса Ассанжу выдвинули обвинение в изнасиловании). Женщины превращаются в агрессивных, потенциально опасных самок, мужчины — в зашуганных индивидов, опасающихся сделать практически любой шаг в их сторону в силу угрозы реального судебного преследования.

Приведу отрывок из статьи итальянского журналиста Тициано Терцани, в которой он поделился своим проницательным взглядом на нью-йоркских женщин:

«Одна из таких войн казалась мне… особенно непривычной — это была война между полами. Причем боевые действия здесь велись одной стороной — женщинами против мужчин. Сидя под большим деревом в Сентрал Парке, я наблюдал за этими воительницами. Они шли крепкие, упорные, уверенные в себе, запрограммированные, как роботы. Сначала — утренняя пробежка. Взмокшие, в вызывающе облегающих спортивных костюмах, с волосами, собранными в пучок. Позже путь на работу: офисная униформа — деловой черный костюм, черные туфли, черная сумка с ноутбуком, волосы распущенные, еще влажные после душа. Красивые и ледяные, излучающие высокомерие и презрение к окружающим. Все то, что мое поколение считало «женственным», куда-то исчезло, сметено этим новым, вывихнутым представлением о том, что необходимо уничтожить различия, сделать всех одинаковыми и превратить женщин в уродливые копии мужчин.

…И чем мускулистее и высокомернее женщины, тем более запуганными и неуверенными становятся мужчины. Если они нужны для зачатия ребенка, их используют по назначению, а потом, когда дело сделано, «производителя» отправляют обратно. И что же в итоге? А в итоге, по-моему, все несчастны.

Сидя под деревом или глядя в окно, я наблюдал за картинами, которые мне казались вторым актом той же пьесы: обилие одиноких женщин, сорокалетних, пятидесятилетних, часто с сигаретой в зубах, собаками на поводке — возможно, названными в честь отсутствующего в их жизни мужчины. «Билли, ко мне». «Нет, Билли, не переходи дорогу сам». «Билли, пошевеливайся, идем домой». Это были те же самые женщины, которые сколько-то лет тому назад бегали по утрам, чтобы сохранить фигуру. Теперь они уже немолоды; юность была потрачена на мечту о воинствующей свободе. И вот все это обернулось одиночеством, легким нервным тиком, многочисленными морщинами и как минимум, насколько я мог наблюдать, тяжелой меланхолией».

3. Корень всей проблемы очевиден — уничтожение традиционного взгляда на семью и разрушение всякого нравственного воспитания подрастающих поколений. Чего ждать от людей, которые нормально воспринимают добрачный подростковый и молодежный секс, для которых это самое обычное дело? Сегодня напились в одной компании, через неделю в другой….

Дианы Шурыгины — это наше ближайшее будущее. Если мы не остановимся уже сегодня.

Поделиться в соц. сетях

Комментарии